Дом с изразцами на Сухаревской

Когда выходишь из метро «Сухаревская»(в Москве) вправо, то сразу видишь этот необычный (для нашего времени) дом с изумрудными изразцами. «Образец модерна!» – воскликнем мы, уже несколько поднаторев в определении характерных деталей этого стиля. Подумаем и добавим: «Неорусский модерн». И будем правы! В XVIII веке на этом месте площадью почти в 2,5 гектара располагался Полковой артиллерийский двор с большим прудом, окружённым деревянными строениями. В них размещались канцелярия, правление, амбары, лазарет и другие службы. Сюда перекочевала, образованная ещё в 1701 году, артиллерийская школа – одно из первых учебных заведений Москвы. В 1851 году этот обширный участок земли в Сретенской части приобрел московский купец 1-й гильдии, действительный статский советник и один из крупнейших миллионеров России Иван Степанович Ананов (1811–1888). Иван Степанович (Ованес Степанович) родился в семье крестьянина из Карабаха, закончил духовную семинарию. В 1850-х годах вместе с женой, Марией Ивановной, переехал на постоянное жительство в Москву, где вступил сразу в 1-ю купеческую гильдию. Вскоре он стал крупнейшим московским домовладельцем, которому в городе принадлежало 9 особняков. И.С. Ананов был не только одним из богатейших людей России конца XIX века, бизнес которого был и в Первопрестольной, и в Тифлисе и Кутаиси, но и щедрым благотворителем. К тому же это был образованный человек – член совета правления Московского Лазаревского института восточных языков, поэтому такое значение придавал обучению детей. В 1876 году, после смерти супруги Марии Ивановны, Иван Степанович учредил в её память в Тифлисе при женском монастыре Святого Степаноса училище «Мариамян – Овнанян» «для девиц армяно-григорианского исповедания, преимущественно сирот и детей неимущих родителей». В Московском Лазаревском институте он оплачивал содержание десяти пансионеров. Был также старшим членом совета попечителей Касперовского приюта для бедных армян в Москве. Ананов выделил значительные средства для: уплаты Выкупных платежей бедным крестьянам Московской, Кутаисской, Тифлисской губерний; помощи русским крестьянам-староверам для переселения их на пустующие земли в Закавказье. На основанные им именные стипендии в Москве учились крестьянские дети в прогимназиях, Московском университете, Петровской академии, Московской школе земледелия. Ананову доверили стать казначеем на строительстве памятника императору Александру II Освободителю в Кремле. Упокоился Иван Степанович на армянском Ваганьковском кладбище в Москве. На месте захоронения выстроена часовня. Но вспоминаем мы этого человека не только за его добрые дела – речь скорее о доме… Садовую-Сухаревскую прямо за домом, о котором идет речь, пересекает переулок, который в 1887 году назвали в его честь – Анановский, теперь – Ананьевский. На средства Ивана Степановича он был замощён и освещён фонарями. И.С. Ананов подарил двум дочерям по участку под строительство. Одна из них – вот тут пошли такие разночтения! – Елена (или Глена?), которая была замужем за известным московским адвокатом Аршаком Месроповичем Миансаровым, приглашает архитектора С.К. Родионова для постройки доходного дома. Кстати, признаюсь, так и не смогла выяснить, почему дом называется «М.Н. Миансаровой», откуда взялись такие инициалы – не ясно. В некоторых источниках он вообще значится, как «Доходный дом Гутмана – М.Н. Миансаровой». Здание, которое сразу прозвали «Дом с изразцами», получилось очень нарядным! Его фасады облицованы цветной керамической плиткой, изготовленной в мамонтовской мастерской «Абрамцево» и в мастерской «Кикерино». «Контраст белых, густо-зелёных и золотых облицовочных плиток в сочетании с полихромным изразцовым фризом, облицовкой кокошника в венчающей части, и отдельными полихромными изразцовыми вставками создает необычную, броскую фасадную композицию, не имеющую аналогов…» На нижнем этаже располагались магазины, на верхних – комфортабельные квартиры.
Впрочем, сейчас то же самое. Сергей Константинович Родионов (1859–1925) – русский и советский архитектор, реставратор, преподаватель и общественный деятель. Один из мастеров московского модерна, эклектики и церковной архитектуры. Автор планировочного и архитектурного решения Новодевичьего кладбища в Москве. Родился во Владимире, в семье потомственного дворянина. Окончил в 1883 году Московское училище живописи, ваяния и зодчества со званием классного художника архитектуры и Большой серебряной медалью. Позже продолжил обучение в Императорской Академии художеств. Но более чем к живописи его влекла архитектура. Сначала он поработал в провинции: с 1885 по 1889 год был городским архитектором Клина, потом вернулся в Москву. Строил дома, церкви и серьёзно занимался вопросами изучения, сохранения и реставрации архитектурных памятников. Состоял членом Комитета по реставрации Успенского собора в Кремле, участвовал в реставрации Новодевичьего монастыря. В 1916 году Родионов стал председателем Русско-Славянского союза. Преподавал на Московских строительных курсах, читал курс строительного искусства. После Октябрьской революции С.К. Родионов заведовал музеем Нескучного сада, был архитектором по охране памятников старины и членом строительной комиссии Наркомпроса. Производил работы по реставрации Китайгородской стены. Читал курсы лекций по реставрации и истории искусств. С.К. Родионов был женат на княжне С.Н. Шаховской, поэтому вхож в самые верхние слои света и пользовался везде и всегда заслуженным уважением. Владел собственным доходным домом в Борисоглебском переулке и поместьем в Дмитровском уезде. Скончался в Москве в 1925 году. Похоронен в Новодевичьем монастыре.

Красивое здание с башенкой, выходящее на ул. Короленко (г.Москва, р-он Сокольники), служило приютом для неизлечимо больных. Это было «убежище в память Священного коронования», посвящённая коронации НиколаяII в 1896г. Автором проекта выступил А.Л.Обер, а руководил строительством А.Ф. Мейснер. Этот бывший приют имени И.Д. Баева, московского промышленника, сооружён его братьями, владельцами обувной фабрики.

Сейчас всеми корпусами приютов владеет ГКБ № 14. Несколько лет спустя Мейснер спроектировал и построил во дворе приютскую церковь Смоленской Божьей Матери (Одигитрии). ... храм обезглавлен и не восстановлен до сих пор.

справочно: Район Сокольники берёт свое имя от слободы сокольничих царя Алексея Михайловича. На обширном поле, образовавшемся в XVII веке в результате вырубки, проходили царские охоты, одна из которых изображена на картине Николая Егоровича Сверчкова(1817-1898) Царь Алексей Михайлович с боярами на соколиной охоте близ Москвы:

…Когда у меня настроение отстой, я представляю, что моя душа ждала в очереди миллиарды лет, чтобы стать человеком. Ну и не только моя. Там вообще на небе, так себе веселье, в основном скукотище полное. И вот наши души, чтобы как-то развеяться, подглядывают за людьми на Земле. А на Земле столько всего! На Земле мама и мороженое пломбир, вишневый компот, косточками которого можно плеваться. На Земле можно найти себе друга и обнимать его, когда загрустится. Можно купаться голышом в море, можно бегать, высоко поднимая коленки, можно есть макароны с тушенкой у костра и выдумывать истории. На Земле можно влюбиться. Можно держаться за руки, а можно лежать, прижавшись к друг другу и рассказывать секреты. И все хотят попасть на Землю поскорее. И говорят друг другу “Ну вот я! Я то время на Земле тратить зря не буду! Буду путешествовать и строить красивые дома, или изобретать новые технологии, или писать рассказы, или учить детей! В общем, я очень там на Земле нужен! “ Но на небе, знаете ли, не все так просто. Там бюрократия полная. Просто так на Землю не попадешь. Бывало, соберешься уже стать человеком и приходишь в специальный кабинет бумаги заполнить. А там очередь — просто жуть! И душа так робко спрашивает: “А это все на Землю??”. И другие души хором: ”Все!!” “А я вот только анкетку зайду взять?”… ”Да тут всем только анкетку!” И ждешь миллиарды лет. Заходишь, наконец, а там помощник Бога сидит. С белой длинной бородой, из которой рождаются облака, читает твою анкету и вопросы каверзные задает: --Какова цель визита на Землю? --Ну..я это…музыкантом хочу стать…людей радовать своей музыкой.. --Точно??-и смотрит так сурово, с прищуром. --Точно! --Ну смотри мне! А то у меня все музыканты менеджерами стали. Недобор музыкантов теперь! Отправлю тебя прямо сейчас! И визу открываю на 98 лет! Но если обманешь, вернешься досрочно! …А если вдруг нет, если заполнишь, что не так…а помощник Бога принимает раз в сто лет по понедельникам. Ну потому что очень важный он там, на небе. Куча дел. И придется опять ждать и подглядывать. …В общем, когда у меня настроение отстой, я представляю, что моя душа ждала в очереди миллиарды лет, чтобы стать человеком. И после этого иметь настроение отстой становится как-то совсем глупо *** автор текста ОльгаДемидюк
иллюстрировано А.В.Фонвизин (1882 - 1973)

от древнейшего к снежному

История вырезания из бумаги насчитывает много столетий и началась она с момента изобретения бумаги в Китае во II веке н.э. Первоначально, из-за дороговизны бумаги, вырезание было прерогативой состоятельных людей и занимались им в домах знати. Использовались вырезанные узоры в религиозных ритуалах (без них не обходились ни свадьбы, ни похороны) и для украшения интерьера (особенно часто вырезались рыбки – знак богатства).
С развитием технологии производства и удешевления бумаги, вырезание из нее распространилось среди всех слоев населения Китая и стало настоящим национальным видом искусства со своей особой стилистикой, сохранившейся до настоящего времени. Оно называется "Цзяньчжи". Основные сюжеты этого ажурного вырезания - растительно-животный мир и изображения богов и духов.

По мере распространения технологии изготовления бумаги по миру, искусство вырезания из нее покоряло другие страны. Первыми были Япония и Корея (VII век). В XIII веке бумажные орнаменты появились в Персии, а в XV веке через Турцию, по шелковому пути они попали в Европу. В конце XVI веке в Германии их использовали для украшения книжных обложек. Бумажные вырезки быстро распространились во Франции, Португалии, Дании, Швейцарии, а к середине XIX века в восточной Европе (Польше, Литве, России). Вместе с испанскими миссионерами искусство бумажного вырезания проникло и развилось в латинской Америке (в Мексике). И в каждой из стран единой осталась только идея использования бумаги для получения резных изделий, а вот художественные особенности, символика, типы узоров везде уникальны. Так, для западно-европейских стран характерны сюжетно-силуэтные и портретные вырезки из бумаги. В XVIII веке искусство вырезания было завезено во Францию и получило название "силуэт" - по имени Этьена де Силуэта, королевского финансиста при дворе Людовика XV, который не только умело перекраивал и урезал бюджет, но и увлекался вырезанием фигурок из черной бумаги.

И. Антинг. Великий князь Павел Петрович (будущий ператор Павел I) и его супруга Мария Федоровна с сыновьями Александром и Константином перед бюстом Екатерины II в Царскосельском саду.1790 (?).Перо, чернила; силуэт

С середины XIX века популярность силуэта заметно снижается, и связывают это с изобретением фотографии. Но с конца XIX века интерес к вырезанию из бумаги в России возрождается. Большую роль в этом сыграли художники объединения «Мир искусства» - они активно использовали силуэт в книжной графике. Среди них Г.Нарбут и его знаменитое оформление книги басен Крылова:

Искусство вырезания из бумаги развивалось и в Европе: известным мастером вырезания многофигурных силуэтов был немецкий художник Пауль Коневка:

Таким же умением славился и знаменитый сказочник Ганс Христиан Андерсен:

Но вырезанием из бумаги занимались не только художники и дворяне. С конца XVIII века в связи с появлением большого количества бумажных фабрик и широким распространением бумаги в быту, вырезание из бумаги стало популярным средством оформления местечковых и сельских домов белорусов, поляков, литовцев, украинцев, жителей западных областей России. И в каждой области складывались свои художественные особенности этого вида творчества. Именовались бумажные вырезки в разных странах так же по-разному: в Росиии, Белоруссии и на Украине их называли выстрыганками, выципянками, вырезанками, вытинанками, в Литве - popieriaus karpiniai, Польше - wycinanka. Восточноевропейские евреи позаимствовали мастерство вырезания из бумаги у своих соседей и любовно назвали эти свои произведения прикладного искусства – рэйзэлэ.

Принцип создания вытинанки прост: он основан на многократном складывании листа бумаги и прорезывании в нём ножницами фигурных отверстий. Нужно отметить, что в большинстве случаев узоры вырезались большими ножницами для стрижки овец, т.е. тем, что было в хозяйстве. Этими ажурными узорами украшались жилища, особенно перед Рождеством и Пасхой, вытинанки наклеивали на стены свежевыбеленных изб, занавешивали окна, украшали углы с иконами.

Золотое время развития этого вида народного творчества приходится на вторую половину XIX – начало XX веков. К сожалению, под влиянием урбанизации к середине XX века, в большинстве районов вытинанка практически исчезла (единственный вид ажурных симметричных узоров, который никогда не выходил из народного быта – новогодняя снежинка). И только в 80-х годах XX века искусство начало возрождаться, но не как прикладной вид творчества, а как исключительно декоративный.

узоры с вековой традицией

Ксин Сон (Xin Son) окончил Центральную Академию изящных искусств в Пекине в 1994г., исключительно изучая китайское народное искусство и осваивая сложные методы резки бумаги на протяжении всех лет учёбы.